Впервые у нас? Регистрация


Вход

Забыли пароль? (X)

Зарегистрированы? Войти


Регистрация

(X)

Восстановление пароля

(X)
COVID-19, Компетентно, Регион
Алексей Плеханов: «У психологов работы прибавится после пандемии»

«Наша жизнь уже никогда не будет прежней» — эта фраза стала очень популярной в последние месяцы. Эксперты разных стран выдвигают свои версии о том, как коронавирус изменит мир. Практикующий психолог, специалист Слуцкой ЦРБ Алексей Плеханов уверен: COVID-19 уже нас изменил.

Алексей, с началом эпидемии у медиков прибавилось работы. А как у психологов?

— Люди в регионах до сих пор относятся настороженно ко всему, что начинается с основы «психо-». Хотя в последние годы потихоньку формируется понимание, что работать с внутренними проблемами так же важно, как лечить физические болячки. Так что желающих пообщаться с психологом еще несколько месяцев назад было немало. Но с началом пандемии пациентов стало раза в два меньше.

 Когда слышишь слово «коронавирус», рядом всегда стоит слово «стресс».

— Так оно и есть. Но сейчас у людей присутствует страх перед больницами и поликлиниками. Особенно у тех, кто подвержен депрессивным и тревожным состояниям. Многие самоизолировались или стараются отлучаться из дому только по крайней надобности. Даже те пациенты, которые ходили на терапию до эпидемии, попросили сделать перерыв. Так что и я, и многие мои коллеги уверены: к психологам поток пациентов хлынет после пандемии. Впрочем, Беларусь это затронет в меньшей степени — у нас люди не замкнуты в четырех стенах. Несмотря на необходимость соблюдать меры предосторожности, народ все же не сильно изменил привычный уклад жизни. А вот в странах, где введен карантин и люди месяц-два-три находятся в закрытом пространстве, ситуация будет очень серьезная.

 — Какие психологические болячки оставит нам пандемия?

— Тревожные расстройства, страх, депрессия, посттравматические стрессовые расстройства… Сейчас во многих странах растет число людей с тревожно-депрессивными расстройствами. И раньше на Западе эти цифры были достаточно высокими, Европа миллиарды тратит на их лечение. А что будет дальше, даже трудно прогнозировать.

Ведь изоляция сама по себе серьезный стресс. Человек — существо социальное. Мы нуждаемся в общении и не привыкли подолгу находиться в замкнутом пространстве. И тут нас ограничивают стенами нашего дома. Поначалу это даже может понравиться — можно отдохнуть от окружающего мира, побыть наедине с собой. Но через какое-то время все равно наступает дискомфорт. А тут еще постоянные слухи вокруг ситуации с коронавирусом, паника, которую нагнетают в СМИ и интернете…

 — Чтобы не заразиться коронавирусом, мы держим безопасную дистанцию, часто моем руки и носим средства индивидуальной защиты. А есть какая-нибудь «психологическая маска» от стресса?

— Нельзя говорить, что есть волшебное упражнение, которое поможет всем. Каждый человек индивидуален, психологические проблемы у него тоже особенные и требуют своего решения. Совет можно дать только один: чтобы самоизоляция не стала стрессом, не нужно воспринимать ее как стресс.

Ищите в сложившейся ситуации положительные моменты. У каждого из нас есть домашние дела, которые откладывались на потом. Можно заняться ими. А еще вспомнить игры, в которые мы играли в детстве, и показать их своим детям. Вот в России, например, женщина пробежала мини-марафон в однокомнатной квартире.

Чтобы избежать стресса от нагнетания паники, не пускайте в свою жизнь слухи. Сразу пресекайте любые разговоры типа «подруга сестры мужа моей тети рассказала…» и не читайте непроверенную информацию в интернете. Берегите себя.

 — Говорят, что после коронавируса многие традиционные институты утратят свою ценность. Например, институт семьи. Вон, в некоторых странах уже наблюдается рост количества разводов и бытового насилия.

— Как у нас живет среднестатистическая семья? Проснулись, позавтракали и ушли по делам — часов 6–10 не видимся. Возвращаемся домой, ужинаем и хорошо если остаток вечера мы проводим за общими делами. Обычно же каждый из членов семьи сам по себе. А тут они надолго оказываются один на один. Люди просто не были готовы к этому. Это стресс. Одна из первых реакций на стресс — раздражение. В условиях квартиры эмоционально разрядиться сложно. И тут есть лишь два варианта: либо человек выплескивает свои негативные эмоции на того, кто рядом, либо ищет компромисс. Естественно, какие-то семьи не выдержат такого испытания, разрушатся. Но многие, напротив, только окрепнут.

Похожая ситуация и с детьми. Они в полной мере не осознают последствий пандемии. Солнышко за окном светит — им хочется в компанию, гулять. Родители не пускают, возникает межличностный конфликт. И либо его удастся решить самим, установив более крепкие отношения между детьми и родителями, либо после пандемии опять же придется серьезно работать психологу.

В целом, если говорить о семье как о социальном институте, то я считаю, что после эпидемии он только окрепнет. Люди привыкнут больше времени проводить вместе, получше узнают друг друга, выработают какие-то семейные традиции.

 — А как же предположение, что из-за дистанции, которую мы сейчас вынуждены держать, люди разучатся общаться вживую?

— Конечно, за время эпидемии люди почувствовали преимущества онлайна. Оно и понятно. Во многом благодаря современным технологиям нам проще переживать самоизоляцию: можно общаться по телефону, по видеосвязи, даже праздновать так дни рождения, свадьбы. Если бы такая эпидемия случилась лет 20 назад, мы бы хуже ее перенесли. Но социальные связи у нас достаточно прочные. Мы нуждаемся в общении, нуждаемся в прикосновениях, живых разговорах. Технологии нам здорово сейчас помогают, но они не заменят традиционных способов взаимодействия. Как только появится возможность, мы снова начнем собираться вместе. Конечно, поначалу с опаской: должно пройти какое-то время, прежде чем мы снова сможем спокойно путешествовать, ходить на концерты, в рестораны. Но, в конце концов, все вернется на круги своя.

 — И обниматься при встрече начнем! Мне иногда кажется, что мы уже от этого абсолютно отвыкнем…

— Напротив, возможно, даже чаще, чем раньше, будем обниматься. Люди ведь нуждаются в тактильных ощущениях. И мы по ним уже соскучились. Тем более что здороваться за руку, обнимать и целовать друг друга при встрече — это не привычка, это часть нашей культуры, которая формировалась веками.

 Получается, что коронавирус кардинально нас не изменит?

— Разве что мы больше будем думать о своем здоровье и чаще мыть руки (Смеется). На самом деле, этот вирус уже изменил нас. COVID-19 показал, что мы гораздо лучше, чем сами о себе думаем. Посмотрите, сколько сейчас поддержки оказывается медикам, пациентам с коронавирусом, просто людям, находящимся в группе риска. Люди абсолютно бескорыстно готовы делиться тем, что имеют. Вирус показал, что когда мы одни, нам очень тяжело. И только вместе мы способны справиться с крупной проблемой. Мир сплотился, люди поддерживают друг друга. Только возникает философский вопрос: а сохраним ли мы все это, когда эпидемия закончится? Мне хочется думать, что сохраним.

Екатерина Елисеева

Фото: предоставлено Алексеем Плехановым и Светлана Курейчик

 

1 0

*Чтобы оставить комментарий Вам нужно зарегистрироваться на нашем сайте