:else=`
`]]
Лента Новостей
Последние новости
Происшествия
Мнение и спорт
Самое читаемое

«Кому-то нужен пинок, а для кого-то это неприемлемо». Как Людмила Шибко управляет швейным производством в Узде

Вот уже тридцать восемь лет главный инженер узденского предприятия «Марк Формэль» Людмила Шибко работает на швейной фабрике, в ее подчинении — 260 человек. Именно она контролирует и обеспечивает бесперебойную работу всего производства. МЛЫН.BY узнал, какие времена пережила фабрика, дал ли частный бизнес ей вторую жизнь и как маленькой и хрупкой женщине удается управлять таким производством.

Раскройный участок

«Единственная трудность — это работа в женском коллективе»

— 38 лет на одном рабочем месте. Такое постоянство сегодня большая редкость. Никогда не хотелось встать и уйти, ведь фабрика переживала разные времена?

— 1 апреля 1982 года.  Эта дата, мой первый рабочий день, на почти четыре десятилетия связала меня с этим местом. Тогда я была технологом швейного производства, а фабрика принадлежала государству. В моем подчинении было 300 человек.

Также у нас был и лесоперерабатывающий участок в Закревщине, который относился к фабрике. Там работали 72 человека, выпускали обрезную и необрезную доски, упаковки для заводов холодильников.

В 1985 году я уже работала начальником отдела технического контроля: занималась оформлением документов для сертификации продукции и следила за ее выпуском. На лесоперерабатывающем участке начали выпускать мебель доступную по ценам и практичности, которую также нужно было сертифицировать. Так, я параллельно вела дела швейной фабрики и на участке: отвечала за качество выпускаемой продукции в целом.

Хотелось ли уйти? Времена бывали разные, но раз я здесь, значит мой труд кому-то нужен.

— Сколько сейчас человек в вашем подчинении?

Работа с раскройным ленточным ножом

Около двухсот шестидесяти, из них порядка ста сорока профессиональных швей. Каждый день на швейном участке в усиленном режиме работают три бригады. Это около семидесяти человек. В месяц перерабатывают почти восемьдесят тонн полотна.

Что примечательно, у нас работает даже целая семья — слесарь-ремонтник Владимир Норид, его супруга — заведующая складом Жанна и их сын, мастер на участке печати Александр.

Нам удалось сохранить коллектив, который был изначально. Вернулись и профессиональные швеи, работающие с открытия фабрики.

— Что самое сложное в вашей в работе: наладить технологические процессы или все-таки работа с людьми? Ведь нужно зажечь коллектив своей энергией.

— Единственная трудность — это работа в женском коллективе: к каждой нужно иметь свой индивидуальный подход. Например, кому-то нужен «пинок», а для кого-то он будет неприемлем, нужно помягче. А вообще, коллектив у нас очень хороший!

На фото швея 4-го разряда Наталья Кондратович, на ее счету больше 130% выработки за месяц

«В 2006-2007 году фабрику выставили на продажу»

— Швейная фабрика в Узде переживала разные времена. Были и тяжелые. Расскажите об этом периоде.

— Изначально мы шили в основном рабочую одежду, мужские сорочки в клеточку из хлопка, одежду для мальчиков, столовое белье и даже постельное со знаком качества. Ткань закупали на ярмарках. Поставка шла в пределах Беларуси.

В начале 90-х наша фабрика заключила договор с голландской фирмой и начала заниматься оказанием услуг по пошиву одежды. Ткань и фурнитуру к ним поставляли они. В основном, мы шили детскую и верхнюю одежду. Сроки выполнения и качество изделий оговаривались очень строго. За нарушение давали штраф. Иногда работали и днем и ночью. Но с наступлением кризиса голландцы перестали с нами сотрудничать, и мы перешли на более мелкие фирмы.

Начались, конечно, большие финансовые трудности: вплоть до того, что мы не могли выплатить заработную плату. Люди начали увольняться, и в 2006-2007 году нас выставили на продажу. В первую очередь продали лесоперерабатывающий участок вместе со всеми станками. Но наша фабрика не закрылась, производство не остановилось, мы продолжили работать.

Затем на протяжении года сотрудничали с латвийской фирмой и шили верхнюю одежду. Также, как и при работе с голландцами, выступали в роли подрядчиков. Речь шла даже о том, чтобы в дальнейшем приобрести нашу фабрику. Они обеспечили нас не только тканью, но и оборудованием, так как машинки на производстве были устаревшие и менее технологичные. Но вскоре и эта фирма отказалась работать с нами из-за кризиса. Естественно, о дальнейшем сотрудничестве речи не шло.

Тогда мы начали работать с еще более мелкими предпринимателями, которые в основном занимались пошивом спецодежды. К тому моменту у нас осталось всего 40 рабочих. Честно говоря, уже и самой хотелось уйти, но осталась и ждала чудо½

— И, по всей видимости, чудо все же произошло?

— Да, именно так! В 2009 году к нам пришел Андрей Сериков и сходу сказал, что хочет работать с нами и приобрести наше предприятие. Я уже не верила, что кто-то будет с нами сотрудничать на длительной основе и восприняла это не совсем серьезно.

Но именно тогда началась история «Марк Формэль» — это было первое производственное предприятие.

Туннельная сушилка для полимеризации

Обратная сторона туннельной сушилки

«Андрей Сериков сам помогал носить столешницы, даже спину сорвал»

— По рассказам местных, фабрика тогда выглядела будто бы заброшенной. Что поменялось с приходом частника?

— Наша фабрика им досталась, конечно, в плачевном состоянии, это правда. Как сейчас помню, начали с замены окон, потому что старые буквально вываливались. Меняли также освещение и оборудование на 95%, остались лишь универсальные машины — «приданое» от латвийской фирмы. Полностью сделали косметический ремонт всего здания.

Мы приобрели первую единицу печатного оборудования с восьмью столами из Германии. Тогда это было зимой, в метель, мороз, и мы все вместе загружали в цех эту «карусель» (станок.Авт.) и занимались ее установкой. Начинали работать с двумя раскройными столами. Со временем их количество увеличивалось, что позволило расширить ассортимент выпускаемой продукции. Сейчас в раскройном цеху шесть настилочных столов, из них -- четыре игольных стола для работы с полоской и клеткой.

Трафаретный станок карусельного типа для печати по текстилю, который находится в цеху штучной печати

В то время у нас не было какого-то разделения на «руководство—подчиненные» — брали в руки метлы, швабры, тряпки и работали. Все вместе своими руками занимались улучшением фабрики. Андрей Сериков сам помогал носить столешницы, даже спину сорвал, бедный. Так рвался в бой!

А еще мы с нуля учились работать с компьютерами: когда к нам пришел частник, у нас был всего один компьютер, и то в бухгалтерии, доступ к нему был ограничен. Тогда Светлана Сипарова сама учила нас работать на нем. Это, конечно, очень вдохновляет: глядя на то, как руководители заинтересованы в процессе, ты и сам хочешь стремиться к чему-то большему.

Монитор трафаретного станка

Так мы отработали год, а затем компания начала появляться и в других регионах. Производство стало расширяться, поэтому и нашей узденской фабрике нужно было больше места: на первом этаже сносили стены, чтобы поместилось больше «каруселей». На втором и третьем действовали по той же схеме. Увеличили объемы выпускаемой продукции.

Можно сказать, что мы своими же руками дали новую жизнь фабрике.

— Какой основной рынок поставки производимой продукции сейчас?

— В основном — это Беларусь. Также поставляем в Узбекистан, Казахстан и Россию.

Крой мужского нижнего белья

«Во время пандемии мы чувствовали себя, как медики на передовой»

— Получается, что приход частника дал вторую жизнь вашему предприятию. Верно?

— На государственном предприятии вы, грубо говоря, пришли, отработали и ушли. Если что-то не привезли — вас просто отругали. А на частном, если случится такое же, происходит сбой, и частник теряет «свое».

На производстве в частной компании отлаженные бизнес-процессы, четкий рабочий график, стабильная заработная плата. Для нас приход частника стал глотком свежего воздуха, произошла серьезная модернизация, из заброшенных цехов сделали современное предприятие. Нас научили думать и работать по-новому. И сложно представить, как бы мы жили или выживали сейчас, если бы обстоятельства сложились иначе. Частный бизнес бывает разный. И хорошо, когда он такой, я бы сказала, социально ориентированный.

— Как вы думаете, будет ли востребована профессия швеи в дальнейшем?

Швея 4-го разряда Елена Якутенко, выработка -- больше 107%

— Это будет всегда востребованной специальностью. Даже пандемия коронавируса это доказала: в это время у нас было остановлено все трикотажное производство, и мы два месяца занимались пошивом медицинских масок, комбинезонов, халатов, бахил и фартуков. Отшили 307 тысяч 550 единиц. Мы чувствовали себя, как медики на передовой. Сейчас же возвращаемся в привычный режим и готовимся к сезону «осень-зима».

— Многие горожане говорят, что в узденском магазине MF скудный выбор одежды. К тому же, помещение слишком маленькое в городе, несмотря на наличие большой фабрики, почему так?

— Да, действительно, места мало. А вот товара больше, чем кажется, но развесить его так, как хотелось бы, нет возможности. Наш собственник думал приобрести помещение на месте бывшего магазина «Светлана», но почему-то не получилось. Но я уверена, что в дальнейшем магазин все же поменяет локацию на более большую.

— А вы сами носите продукцию «Марк Формэль»?

— Конечно! Мне очень нравится бельевой и чулочно-носочный ассортимент. Периодически покупаю брюки, домашнюю одежду, часто беру в подарок своим племянникам майки с принтами, носочки.

— Мы узнали об изменениях на фабрике, а что поменялось в Узде и районе за эти годы?

— Все изменилось в лучшую сторону: инфраструктура, дороги. Знаете, к нам привезти кого-то не стыдно, и есть, что показать. Единственное, чего не хватает горожанам, это бассейна.

Александра Гардеева

Фото автора

Mlyn.by © 2012 - 2020 Все права защищены.
Яндекс.Метрика